Strict Standards: Non-static method sb_modules::loadclass() should not be called statically in /home/bogoro5/public_html/init.php on line 48

Strict Standards: Non-static method sb_modules::loadclass() should not be called statically in /home/bogoro5/public_html/include/Base/Modules/Filter/Input.php on line 12

Strict Standards: Non-static method sb_modules::loadclass() should not be called statically in /home/bogoro5/public_html/init.php on line 52

Strict Standards: Non-static method sb_modules::loadclass() should not be called statically in /home/bogoro5/public_html/include/Base/Modules/Session.php on line 5

Strict Standards: Non-static method HTTP_Session::_init() should not be called statically in /home/bogoro5/public_html/include/PEAR/HTTP/Session.php on line 643

Strict Standards: Non-static method HTTP_Session::localName() should not be called statically in /home/bogoro5/public_html/include/PEAR/HTTP/Session.php on line 574

Strict Standards: Declaration of base_modules_session::start() should be compatible with HTTP_Session::start($name = 'SessionID', $id = NULL) in /home/bogoro5/public_html/include/Base/Modules/Session.php on line 16

Strict Standards: Declaration of base_modules_session::getlocal() should be compatible with & HTTP_Session::getLocal($name, $default = NULL) in /home/bogoro5/public_html/include/Base/Modules/Session.php on line 16

Strict Standards: Non-static method base_modules_session::getinstance() should not be called statically in /home/bogoro5/public_html/init.php on line 53

Strict Standards: Non-static method sb_modules::loadclass() should not be called statically in /home/bogoro5/public_html/page10.php on line 3

Strict Standards: Non-static method sb_modules::loadclass() should not be called statically in /home/bogoro5/public_html/include/Modules/Login.php on line 7
FEDOR BOGORODSKIY - Vasliy M. Karamzin/ Василий М. Карамзин
FEDOR BOGORODSKIY
FB
FB
Introduction/ Введение
Fedor Bogorodskiy/ Фёдор Богородский
Get involved/ Участие
News and Events/ События и новости
Registration/ Регистрация
Information and publications/ Информация и публикации
Photogallery/ Фотогаллерея
About me/ Обо мне
History of my Family/ История моей семьи
Vasliy M. Karamzin/ Василий М. Карамзин
Vasily I. Razumovskiy/ Василий И. Разумовский
Fedor S. Bogorodskiy/ Фёдор С. Богородский
Sofia V. Razumovskaya/ Софья В. Разумовская
Yulia V. Razumovskaya/ Юлия В. Разумовская
Antonina E. Shestakova/ Антонина Е. Шестакова
Eugeniy N. Shadrin/ Евгений Н. Щадрин
Dmitriy F. Bogorodskiy/ Дмитрий Ф. Богородский
Natalia E. Bogorodskaya/ Наталья Е. Богородская
Alexander F. Bogorodskiy/ Александр Ф. Богородский
Vasliy M. Karamzin/ Василий М. Карамзин


 
Карамзин, Василий Михайлович (1751—6 мая (24 апреля) 1827) — старший и самый близкий брат писателя, поэта и историка Николая Карамзина, служил в армии, в чине поручика вышел в отставку (1771), до 1786 занимал должность прокурора. В 1790—1792 был предводителем дворянства Сенгилеевского уезда. Будучи энциклопедически образованным человеком оказал большое влияние на формирование личности Николая Михайловича Карамзина.
 


Николай Михайлович Карамзин

 
Отец его, Михаил Егорович (1720-е—1782) после оставления военной службы (был капитаном) поселился в Знаменском, ставшем родовым имением. Сведения о нём очень скудны, по свидетельствам современников был очень порядочным, гостеприимным человеком. Жена его Екатерина Петровна Пазухина; дети — Екатерина, Василий, Николай и Фёдор. После смерти первой жены женился вторично (1770) на Авдотье Гавриловне Дмитриевой, и у него родились еще двое детей — Александр и Марфа.  

Дед Василия -  Егор Петрович (1669—1763) — первый владелец земли в Симбирском крае, которую он получил в 1703 году в Симбирском уезде «вверх речки Гущи и на речке Касмынке и Каменки» от помещика И. Ф. Суровцева, брата его матери, сына известного помещика Филиппа Суровцева. В октябре 1704 он получил здесь ещё один участок земли и на этом месте возникло сельцо Знаменское. Карамзин долго находился на военной службе: в статусе майора до 1722 года, полковника — вплоть до 1731-его. Был женат на Екатерине Петровне Аксаковой, чей брат Михаил был дедом писателя С. Т. Аксакова), от которой у него родились сын Михаил и дочь Пелагея.

Отец Егора Петровича Карамзина – Петр Дмитриевич – значится в числе награждённых за чигиринскую и киевскую службы, достижение «вечного мира с польским королем» и «за службу крымскому походу». Брат его Василий называется в документах 1629 года в связи с его хлопотами о нижегородском имении.

Дед Егора Петровича – Дмитрий Семионович и его брат Томило Семионович, - упоминаются в хрониках начала XVII века в числе дворян, «военною службою отличившихся, за что и верстаны были тогда поместными и денежными окладами».

И наконец, прадед Егора Петровича – Семион Рамзин, который родился по сведениям нашей семьи за 300 лет до начала войны 1812 года, т.е. 1512 года рождения, происходивший из именитых татар и принявший христианство, прибавивший «Ка» к своей фамилии в честь последнего и давший нынешнюю фамилию своей семье, является по моему сведению основателем нашего старинного дворянского рода, владевшего поместьями семьи на территории Симбирской губернии, ныне ульяновской области.



Дом Карамзиных в селе Знаменское (Карамзинка), 1901 год


Василий Михайлович унаследовал родовое поместье от отца. Взял в гражданские жены одну из своих крепостных - Рамзину (крепостным давалась фамилия первого помещика), от которой имел четырех детей: Николая, Михаила, Ольгу и Анастасию. Детям он дал фамилию Рамзины, как завещал его дед. О всех детях мы знаем немного, в основном по данным государственного архива и семейным записям. Ольга вышла за муж за Д.М. Ниротморцева, последний потомок которых,  Михаил, погиб незадолго до революции 1917 года. Михаил жил также в имении отца и имел двух сыновей, одного из которых назвал Василия, в честь своего отца. У Василия родились две дочери - Юлия и Софья. Юлия была талантливой художницей, но в 17 лет ее постигло несчастье. Она умерла от туберкулеза. Софья Васильевна вышла за муж за именитого банкира в Чистополе - Антонина Васильевича Залесова, который умер в родном городе и похоронен на чистопольском кладбище. Дети, друзья и сослуживцы после смерти установили ему интересный намагильный памятник - в виде якоря. Супруги имели пятерых детей: Анатолия, военного, Владимира, умершего мальчиком девяти лет, Викторию, вышедшую замуж за Анатолия Михайловича Добринского, и Юлию. Юлия Антониновна Залесова свела свою судьбу с Василием Ивановичем Разумовском, о котором пойдет рассказ на следующих листах.



Церковь "Во имя Знамения господня" Карамзиных в селе Знаменском (Карамзинке)


В государственном императорском архиве есть следующая любопытная информация о Знаменском (деревне Карамзинке):

По грамоте 21 октября 1704 года „отказано синбиренину Егору Петрову сыну Карамзину поместной земли в Синбирском уезде, за валом, по поступке дяди его, Ивана Суровцова, между речек Космынки и Каменки, вверх речки Гущи, примерной, 100 четвертей в поле а в дву потомуж, да сенных покосов 100 копен, в поместье, к старому его поместью" ( В. А. Чебоксаров приобрел эту землю в 1879 году, с торгов, после потом, поч. гражд, Григория Васильевича Скорнякова, который купил ее в 1863 году у жены кол. рег. Леониды Александровны Дворниковой. Дело Д. М. Ю. 1835 г. № 731.). Последния слова приведенной грамоты указывают, что еще ранее 1704 года у Егора Карамзина была земля в Симбирском уезде, а младший его внук, Александр Михайлович Карамзин, в одном из своих прошений в Сенат по тяжебному делу с Ниротморцевой, указывал, что основателем Карамзинки был не Егор, а отец его Петр Карамзин; сын же Егора, капитан Михаил Егорович Карамзин, был уже богатым помещиком, собственником имений в трех губерниях: Симбирской, Сенгилеевскаго уезда, в селах, Знаменском, Карамзино тож, и в Ясашной Ташле; Уфимской, Бугурусланскаго уезда (ныне Самарской губ.), в д. Ключевке и Оренбургской, Бузулуковскаго уезда (ныне тоже Самарской губ.), в селе Преображенском, Михайлове тож. По смерти М. Е. Карамзина и первой жены его, Екатерины Петровны, урожденной Пазухиной, дети его от перваго брака: кол. асс. Василий, д. с. с. Николай (историограф) и кол. асс. Федор, а также дети от второй жены, Натальи Борисовны: гвардии прапорщик, Александр и дочь Марфа, поделили между собою наследственныя именья в 1795 г. причем село Знаменское, Карамзино тож, получил старшей брат Василий.

Василий Михайлович Карамзин был холост, но имел воспитанников - детей, проживавшей у него в экономках девицы Рамзиной: Николая, Михаила, Ольгу и Анастасию. 24 апреля 1827 года он скончался и, по завещанию, оставил в деревне Карамзиной 58 душ, с землею 766 дес. 1267 саж. своей воспитаннице Ольге Васильевне, вышедшей замуж за шт. капит. Дмитрия Михайловича Ниротморцева (Кроме геилп, В. М. Карамзин завещал 0. В. Ниротморцсвой еще и дом в г. Симбирске, по Театральной площади, близ Петропавловскаго спуска, а также в незадолго[до смерти построенный им барский дом в Карамзинке. Остальных воспитанников он наделил деньгами. Дело Д. М. Ю. 1835 г. № 731.). Младший брат Александр Михайлович Карамзин, предъявил спор против помянутаго завещания, доказывая, что д. Карамзинка родовая, а потому нельзя завещать ее чужеродке и Симбирская Гражданская Палата спорную землю от Ниротморцевой отсудила, но Сенат, разсматривая дело в апелляционном порядке, Карамзину в иске отказал. Он подал всеподданнейшую жалобу, которая была уважена, и состоялось Высочайшее повеление о разсмотрении Дела в Общем Собрании Сената, где последовало решение опять в пользу Карамзина. В то время Ниротморцева уже умерла и муж ея, как опекун малолетних сыновей, подал на Высочайшее Имя прошение о пересмотре дела в Государственном Совете и действительно, 4 июня 1836 года, последовало Высочайше утвержденное Мнение Государственнаго Совета, по которому спор разрешался окончательно в пользу малолетних Ниротморцевых. Тогда за ними числилось в Карамзинке 112 душ крестьян и 1832 десятины земли. Младший из них, Евгений Дмитриевич, в 1878 году завещал именье своему сыну Юрию Евгеньевичу, а он, в 1897 году, продал своей жене Марье Ивановне, по второму мужу Аничковой (1157 десятин).


При освобождении крестьян, Карамзинское общество получило полный надел на 113 душ (39 дворов) - 452 десятины удобной земли (усадебной 27 дес. и пашни 425 лес). Ныне здесь 69 дворов, с населением в 219 муж. и 213 жен.

Как упомянуто выше, Карамзинка называлась прежде селом; здесь была церковь во имя Знамения Господня, но когда и кто ее построил, а также когда и почему она уничтожена - сведений нет. В 1795 г. было село Знаменское, а в 1827 году - уже деревня Карамзинка. Е. Д. Ниротморцев, оставляя именье сыну Юрию, завещал возстановить церковь над прахом предков,  но это завещание до сих пор не исполнено, да и исполнение его в будущем и не предвидится. Здесь также и школы нет.

Василий Михайлович Карамзин завещал Ольге Васильевне Ниротморцевой не всю принадлежавшую ему при Карамзинке землю. Вне его завещательных распоряжений остался большой участок земли, в 2200 десятин 131 сажен, особо отмежеванный в 1795 г. из дач соседняго села Елшанки, купленный дедом его у Суровцевых и во время генеральнаго межеванья находившиеся в общем владении В. М. Карамзина и кол. асс. Алексея Александровича Кудрявцева. В 1800 году они поделились: Кудрявцев получил 600 десятин, а Карамзин - 1600 десятин. Василию Михайловичу Карамзину наследовал его младшдй брат, Александр Михайлович, и, хотя  этот участок отстоял от Карамзинки всего лишь в двух верстах, но, вследствие вражды с прожинавшими там Нироморцевыми, Карамзин перевел сюда своих крестьян, поселил их на берегу р. Каменки, и новую деревню назвал Александровкой. Это было вскоре после смерти В. М. Карамзина, последовавшей  в 1827 году,  а в 1841 году весь участок, прежде принадлежавший Карамзину и Кудрявцеву, распределен был между тремя владельцами: а) Елизавета Петровна Топорнина имела 577 десятин (Имение Кудрявцева купила в 1821 году близкая его родственница, капитанша Наталья Николаевна Топорнина, (дело Д. М. Ю. 1834 г. № 725). Должно быть ей наследовала Елизавета Петровна Топорнина), б) Дмитрию Михайловичу Ниротморцеву принадлежало 1036 дес. 1472 саж., в) а у Александра Михайловича Карамзина осталось здесь только 501 дес. 1059 саж. но умирая в 1850 году, он передал сыну своему, ротмистру Александру Александровичу, 1297 десятин, из которых 288 десятин отошло в крестьянский надел, а остальныя А. А. Карамзин продал бывшим своим крестьянам (102 дес. 697 саж.) и над. сов. Александру Ивановичу Зальценбергу (391 дес. 957 саж.), который в 1891 году перепродал купцу Тимофею Кириловичу Любимову, а в 1894 году это именье перешло к швейцарской подданной Елизавете Абрамовне Шварц. Кому продал Карамзин остальныя 515 десятин - сведений нет.

Местное крестьянское общество получило, как упомянуто выше, на 72 души (12 дворов) полный надел - 288 десятин удобной земли (усадебной 12 дес. 2175 саж., пашни 268 д. 1625 саж. и выгону 6 дес. 1000 саж.). В настоящее время здесь 31, двор и 136 человек (64 муж. и 72 жен.) жителей."

Дети Ниротморцевых умерли, кто-то спасся за границей, кого-то был жестоко убит простолюдинами во время волнений 1917-1920-хх годов. О точной их судьбе, к сожалению, информации нет.

Василий Михайлович Карамзин прожил всю жизнь в родовом имении в с. Карамзинка (или, как его затем называли, Знаменское), где и скончался 24 апреля 1827 года и был отпет в семейной сельской церкви. 

 


Надгробный памятник В.М. Карамзину и О.В. Нимотворцевой в с. Знаменское (Карамзинка), 1910 год



На гранитном памятнике была высечена следующая эпитафия:
"В ужасный для меня день
24 апреля 1827 года в 2 часа
о полунощи пресеклась драгоценнейшая
жизнь мудраго старца
Василия Михайловича
Карамзина".

"Отцу и другу благодетелю,
Ангелу покровителю своему
посвящает сей памятник его Ольга,
желая, чтобы и ее бренны ее останки
были сокрыты под сим же камнем".
"Дети! Здесь покоится священный прах
благодетеля нашего, приидите поклониться
ему с благоговением и пролить
слезы горести".

Памятник на могиле В.М. Карамзина был поставлен его внебрачной дочерью Ольгой Васильевной Рамзиной (по мужу - Ниротморцевой), которая находилась на воспитании у Василия Михайловича. В 1831 году скончалась сама Ольга Ниротморцева и была погребена согласно ее воле в одном склепе с Карамзиным. На четвертой грани памятника появилась эпитафия следующего содержания:

"Дети! здесь покоится безценный прах
достойнейшей матери вашей, единственнаго
несравненно милаго сердцу моему друга
Ольги Васильевны Ниротморцевой
драгоценнейшая жизнь для нас ея
пресеклась на 32 году, по полунощи
в 8 часов 40 минут 20 ноября 1831 года".

На рубеже 19-го и 20-го веков в д. Карамзинке средствами Земства была сооружена рядом с могилой В.М. Карамзина деревянная церковь, освященная в честь иконы Божией Матери "Знамение".

Во время Великой Отечественной войны склеп рядом с полуразрушенным храмом был разобран на кирпичи, останки сброшены в беспорядке в образовавшуюся яму и засыпаны бытовым мусором. Памятник был разрушен.

В 1995 году было принято решение о перевозке остатков храма из с. Знаменское в Ульяновск для сборки на новом месте и реставрации самой церкви. К тому времени в селе жителей уже почти не оставалось и место захоронения В.М. Карамзина, еще известное некоторым краеведам, могло окончательно затеряться на пустыре.
 


Остатки надгробного памятника, перенесенного с прахом, в бывшем Покровском монастыре в Ульяновске, 1995 год 

В начале мая того же года Спасо-Вознесенским приходом была организована археологическая экспедиция, в результате работы которой прах В.М. Карамзина и О.В. Ниротморцевой был перевезен в Ульяновск. То, что было обнаружено в могильной яме вперемешку с костями, шокировало. Вот выдержка из "Отчета об археологическом поиске и исследовании остатков захоронения В.М. и О.В. Карамзиных: "Заполнение (могильной) впадины состояло из гумуса, интенсивно перемешанного с обломками красноглиняных кирпичей, известкового раствора, битого стекла, кусков жести, обломков от сельскохозяйственной техники - борон, шестеренок, кусков стальтросов и так далее. Создавалось впечатление, что мы имеем дело с хозяйственной ямой, заполненной бытовыми и строительными отбросами".
 


Место расположения усадьбы Знаменское (Карамзинка), пруд, 2011 год



С. Знаменское (Карамзинка), 2011 год

Имение Карамзиных в Занменском было разграблено в революционные годы. Только спустя почти сто лет, Администрация Ульяновской области восстановила Церковь Карамзиных и перенесла ее на новое место, за что я высоко благодарен от имени всех членов моей семьи губернатору края.


 
Восстановленная церковь Карамзиных из усадьбы в Знаменском, 2011 год

Ни на карте, ни на территории современной Ульяновской области малой родины историка государства Российского без труда не отыскать. Место, где более 150 лет цвело родовое гнездо нескольких поколений Карамзиных, не удостоилось даже самого скромного памятного знака. Путеводителем по местам, достойным самой почтительной памяти, нам служат труды и письма самого историка и тех, кто берег память о нем.*

Известнейший краевед Симбирска Павел Любимович Мартынов указывает: «21 октября 1704 года отказано синбиренину Егору Петрову, сыну Карамзину поместной земли в Синбирском уезде, за валом, между речек Космынки и Каменки, вверх речки Гущи». Там и было основано родовое имение Карамзиных. На карте Ульяновской области это в Майнском районе: к югу от железнодорожной станции Выры по «дороге с твердым покрытием», на полпути между Полбиным и Гимовым, не доезжая деревни Путиловки, и лежат земли, где было имение Карамзиных. Ныне это – заросший бурьяном пустырь с едва заметными развалинами деревенских построек ХХ века. От Карамзиных, как и других известных дворянских служилых родов, заселявших, облагораживавших этот край, уцелели лишь отдельные искалеченные здания, заросшие пруды да остатки некогда прекрасных парков.

В Симбирске XIX и начала ХХ веков о Знаменском помнили, к карамзинским местам относились бережно. Известный ученый-археолог, знаток симбирской старины, председатель Симбирской Ученой Губернской комиссии (СГУАК) Владимир Николаевич Поливанов оставил описание: «В сорока верстах от Пензенского коммерческого тракта среди черноземных полей живописно приютилось около пруда с большими ветлами небольшое сельцо Знаменское, более известное под названием Карамзинка… Помню хорошо господскую усадьбу, сад с липовыми аллеями, с искусственно вырытым водоемом, с кустами по берегам сирени, бузины, тополей, всякой другой зелени. Незатейливо выглядело это деревенское затишье, но оно носило характер безмятежной непричудливой деревенской обстановки, созданной на почве труда и любви к сельскому хозяйству…».

Сельское хозяйство здесь действительно любили. Николай Михайлович отказался от своей доли отцовского наследства – части села Знаменское – в пользу брата Василия, который многие годы жил там с большой семьей, вел хозяйство. В.М. Карамзин пережил историка всего на год. Знаменское унаследовала (как я уже писал, мое прим.) его дочь, Ольга Васильевна Рамзина, в замужестве Ниротморцева. По завещанию ей отошло 112 душ крестьян мужеска пола, 1832 десятины земли и еще дедовский дом в Симбирске над Петро-Павловским спуском. Судя по мастерству, с которым выполнен портрет В.М. Карамзина, дочь его Ольга была талантливой художницей. Портрет этот был передан в Карамзинскую библиотеку мужем Ольги - Дмитрием Ниротморцевым.

К началу ХХ века усадьба изменилась. В описании 1903 года Поливанов отмечает: «На месте старого дома построена настоящею владелицею хорошенькая в русском стиле дача, а через дорогу от нее на доброхотные пожертвования сооружена небольшая церковь. Пожалел я старый дом, но порадовался, что на родине Карамзина воздвигнут Божий Храм».

Автор этих строк и предположить не мог, что не пройдет и двух десятилетий, как Знаменское подвергнется «нашествию забвения», а Карамзин будет объявлен «реакционным дворянским историком».

Не мог он знать и того, что спустя почти век останки поруганных надгробий и прах В.М. Карамзина и О.В. Ниротморцевой будут перенесены в некрополь Симбирского Покровского монастыря, а тексты эпитафий сохранятся благодаря его записям (см. «ДО» №6 за июнь 2010 г. – «Зеркало памяти моей ясно»).

«Довершая с полнотою духа, правотою сердца и воображения» свой главный труд, Карамзин писал: «…это дар от меня потомству, если оно его примет, если же нет, то нет! Еще три главы с обозрением до нашего времени, и поклон мiру**, не холодный, но с движением руки навстречу потомству, ласковому или спесивому, как ему угодно…».

Идеологи-вандалы не оценили «движения руки навстречу потомству», спесивые временщики не приняли драгоценного дара. На их совести утрата одного из самых ценных памятников не только симбирской, но и отечественной истории – родового гнезда Карамзиных. Но приглашая читателя в путешествие по карамзинскому маршруту, не станем ограничиваться перечнем невосполнимых утрат. Дела тех, кто сберег и сохранил, более достойны внимания.

В дальнем Засвияжье Ульяновска, среди лабиринта улиц, застроенных типовыми многоэтажками, рядом с громадой куба из стекла и бетона, где разместился строительный рынок, расцвел островок исторической России. Здесь создан один из самых красивых храмовых комплексов Ульяновской-Мелекесской епархии. Куполов не золотили – церковь, как изумрудный кристалл в оправе черненого серебра, возвышается над снежной белизной. Три высоких крыльца ведут в верхний храм. «Память» у входа повествует, что храм Благовещения Пресвятой Богородицы по благословению архиепископа Прокла трудами протоиерея Георгия Халимонова перенесен в 1995 году из усадьбы Карамзиных Майнского района Симбирской губернии.

 

Возрожденная церковь из Знаменского живет активной жизнью, не замыкаясь в кругу верующих. В нижнем храме работает православный лекторий, куда открыт доступ всем, кто хочет узнать о вере. Действует молодежный клуб. Есть детская воскресная школа с предметами: Закон Божий, церковно-славянский язык, музыкальные занятия, рукоделие.
 



Табличка у входа в Храм

 

Дальнее Засвияжье – район новый, заселялся в последние десятилетия. Большинство новоприбывших, как и их родители, в советские времена немало поскиталось по великим стройкам в ожидании отдельных квартир и прочих обещанных благ. За годы переездов поколения россиян утратили связь с малой родиной, семейные узы и традиции.

В такой среде карамзинская церковь – дар исторического прошлого Симбирска, и принимается с благодарностью. Это – то ответное движение руки потомков к отечественному наследию, о котором мечтал Русский Гражданин Карамзин.

Я блогадарен Наталье Гауз, корреспонденту ульяновского журнала "Деловое обозрение" о собранном материале о храме и имении нашей семьи, который был использован на этих страницах.
 



Ф.Д. Богородский на могиле В.М. Карамзина в России. Ульяновск. Февраль, 2012 год
На фотографии (справа налево): Ф.Д. Богородский, Р.Г. Камай, Р.Г. Максудов